Basic HTML Version
Қазақстанның ашық кітапханасы
77
шенейді. Амалға
11
фабригінің қос дөңгелекті лай сулы билдон
12
қазаны болсын, фабрикте
түгел алынса сыртқа ағып шығып, зумпа
13
апандарына лай батпақ болып шөгіп жатқан
алтын қалдықтары бар лай болсын, барлығына қарап, ол: "әлі алтын айыру ісіміз
жабайылық күйіне жақын" дейді. Өндірісінің әлі машиналанып жетпегендігіне және
ғылым техниканың бұл жердегі шалалығы көптігіне күйзеледі.
Ол бір беткей, іске ғана жұмылған сыңар жақ адам емес. Үлкен мәдениетті большевик. Өз
елінің ән-күйін, театр өнері, басқа мәдениетің барлық тарихын тегіс біледі. Қазақ әні,
қазақ музыкалы шығармаларын өте сүйіп еститін тыңдаушысының бірі, үлкен ойлы
сыншысы, ақылшысының бірі.
Жалпы кеңес әдебиетінің барлық үлкен жазушысы, үлкен шығармалары да оған мәлім.
Әдебиет жайында маған айтқан пікірлерінің бірінде ол "Капитальный ремонт"
14
авторының "өткір боп ұшталған ойлы образдарын, масштабы үлкен, нәрі көп образдарын"
сүйетінін айтады. "Санаңа толы болумен қатар, барлық суреттері ерекше бір сығымдалған
түрі мен әрі өте жаңа, әрі кісіні тартатын өзгеше ұлы боп сезіледі", — дейді.
ТОВАРИЩ ЖАНАЙ
В ковыльных степях заиртышских степей притаился рудник Ак-Джал.
Ак-Джал — Белые холмы. Отлогие и низкие, поросшие чахлой дикой акацией да
пожелтевшим от зноя ковылем. Ни речки, ни родника в безветренной пустынной
котловине. Сушь. Безводье.
Это место — в стороне от древнего Зайсанского тракта, оно никогда в прошлом не было
ни джейляу — летним пастбищем, ни кстау — зимовкой кочевников. Лишь изредка,
бывало, с далекой реки Чар забредет сюда отара. Унылую песню поет чабан, оборванный
и голодный хранитель байских овец. Бедняк и нищий, он не знал, что бродит по золотым
россыпям, спрятанным под бесплодной землей.
Окаменевшая грудь скудных степей теперь, под напором освобожденного труда, стала
сочиться золотом. Люди былых кочевий с аммоналом и перфораторами вгрызаются в
каменное сердце земли, добывая неисчерпаемые богатства.
Жанай Баймагамбетов возглавляет этих людей. Его имя можно услышать на всех
рудниках золотоносного Алтая. Рабочие Ак-Джала называют его то Бакетом, произведя
это уважительно-ласкательное имя от его фамилии, то Жаке — от имени Жанай.
Очень скупо говорит о себе Баймагамбетов. Гораздо охотнее и оживленнее он
рассказывает о делах и поступках своих товарищей. В детстве пас байские стада. В годы
гражданской войны воевал с белыми и был комиссаром, потом учился в Москве, — теперь
партия послала его в Ак-Джал парторгом рудника.
Произошел недавно случай, который окончательно оформил облик этого человека.
Внезапно возникший степной пожар подступал к динамитным складам Ак-Джала.
Парторгу сообщили об этом по телефону в то время, когда он радушно принимал гостей,
приехавших издалека. Жанай извинился перед ними, накинул на плечи спецовку и быстро
вышел. Через час он вернулся, сосредоточенный и спокойный. Потом он подошел к
телефону и распорядился, чтобы людям, работающим в степи, отвезли бочку воды. Гости
удивленно притихли. Один из них спросил:
— Что случилось?