Basic HTML Version
Қазақстанның ашық кітапханасы
190
мы видим творческое преломление и развитие национальной речевой формы. Отпечаток
народной традиции лежит на речи героев Сыдыкбекова и Мустафина. Однако наиболее
ярко говорят в их книгах герои старшего поколения. Тут у обоих авторов сказывается
непреодоленная обветшалая традиция, в силу которой красноречие приличествует лишь
старшим, а младшим - слушать и молчать.
Иную картину мы наблюдаем в романах "Честь" Баши- рова и "Ветер с золотой долины"
Айбека. Авторы этих книг черпают изобразительные средства, главным образом, не из
фольклора и разговорного языка, а из письменной литературы. Разумеется, это не
отвлеченный книжный язык, а язык, воспринятый частью населения. Ведь у народов со
старой, многовековой традицией письменной литературы многие выражения из книжного
обихода перешли в бытовую общенациональную разговорную речь. Поэтому вполне
естественна, скажем, подчеркнутая вежливость в обращении между собой героев романа
Айбека. Ведь и в действительности престарелый дед-колхозник из Ферганской долины
обычно обращается к своей трехлетней внучке только на "вы". Вместе с тем в романе
Айбека, воспроизводящего жизнь и взаимоотношения современных советских людей и
критически воспринимающего национальную речевую традицию, нет той матерной
слащавости старых времен, которая свойственна героям его романа "Навои", где часто
называют себя "кеминенгиз" (ваш раб). Однако недостаточное внимание к богатству
современного, живого народного языка сушит язык книги Айбека. Следует сказать также,
что в романе Айбека много трудных оборотов, тяжелых фраз, хотя автор и стремится
развить синтаксис узбекской художественной прозы.
Большой языковой выразительности и вместе с тем про¬зрачной ясности фразы достиг
Баширов. Он сумел сочетать в своем романе лучшие традиции письменной литературы с
богатым сочным языком колхозников татарской деревни.
Проблема новой речевой культуры братских народов Советского Союза должна стать
предметом
широкого
обсуждения
на конкретном материале произведений
многонациональной советской литературы, как одна из важнейших проблем
национальной формы. Эта проблема ждет своих исследователей.
Жанр романа и вообще художественной прозы до революции не был знаком ни
узбекскому, ни казахскому, ни киргизскому читателю. Он зародился и рос под
непосредственным влиянием русской литературы. Понятно, что одновременно развитие
этого жанра в наше время происходит на основе критического усвоения черт
национальной формы прошлого, причем, если некоторые из них помогают становлению
романа, то иные осложняют его рост.
Крайне важный вопрос, который следует затронуть,-это изображение в романе
центрального героя и его окружения. Социалистическая жизнь определяет новые черты
героев - сознательных строителей коммунизма. Очень показательно, например, что в
романах Айбека, Баширова и Мустафина на переднем плане - образ освобожденной
женщины советского Востока.
Во всех этих романах женщины-патриотки выступают, как равные с мужчиной. Такими
предстают перед нами татарка Нафисэ, узбечка Камиля, киргизка Акия, казашка Жанат и
другие. И этот факт должен быть оценен как обновление и обогащение традиций
национальной литературы социалистическим содержанием.
Почти во всех анализируемых нами романах, в соответствии с национальной традицией,
ярко и полно изображены характеры пожилых женщин - матерей. И в узбекской, и в
татарской, и в киргизской, и в казахской книгах показано трогательное, благородное